МАКРОЭКОНОМИЧЕСКИЕ УСЛОВИЯ

МИРОВАЯ И РОССИЙСКАЯ ЭКОНОМИКА В 2020 ГОДУ

Начало года для российской экономики было позитивным: стабильный курс рубля, высокие цены на нефть и высокий спрос на рисковые активы поддерживали российский рынок. Внутренний спрос в экономике рос на фоне позитивной динамики реальных заработных плат и активизации бюджетных расходов. Но распространение вируса COVID-19 и введение карантинных мер сначала в Китае, а потом и в европейских странах усилили ожидания глобального замедления экономики, начал ослабевать внешний спрос, в частности и на энергоносители после сокращения, а потом и полного закрытия авиасообщения в ряде стран. При этом развал сделки ОПЕК+ в марте и планы по наращиванию добычи усугубили ситуацию на рынке нефти. На этом фоне цена нефти Brent к концу марта снизилась до 22.7 доллара США/барр., локальные сорта потеряли в цене еще больше, российская Urals подешевела до 15.1 доллара США/барр.

Введение нерабочих дней в России в марте для замедления распространения коронавируса не успело оказать выраженного влияния в первом квартале, но продление ограничительных мер до середины мая оказало существенное негативное воздействие на экономический рост, производственную активность и в большей мере на сектор услуг. Индекс промышленного производства в январе – ноябре сократился на 3% в сравнении с аналогичным периодом прошлого года после роста 2.9% в первом квартале. До пандемии COVID-19 наиболее растущими отраслями промышленности была нефтепереработка, химическая промышленность и пищевая промышленность. Впоследствии обрабатывающий сектор оказался под давлением снизившегося спроса, а в добывающем секторе оно было связано в первую очередь с сокращением добычи нефти в рамках сделки ОПЕК. Во втором полугодии промышленность постепенно восстанавливалась, в четвертом квартале индекс промышленного производства снизился на 2.5% г/г после падения 6.7% г/г во втором квартале, а по итогам года снижение составило 2.9%. При этом обрабатывающий сектор даже оказался в небольшом плюсе, лидерами роста остался химический комплекс (+8.8% г/г) и пищевая промышленность (+3.1% г/г). В целом ВВП России снизился на 3.5%. При этом оборот розничной торговли за прошедший год сократился на 4.1%, восстановление потребительского спроса ограничено слабой динамикой доходов населения -— реальные располагаемые доходы за три квартала снизились на 4.3%.

Инфляция в России продолжила замедляться в начале года, достигнув локального минимума в 2.3% г/г в феврале, но рост неопределенности, ослабление рубля, рост спроса на товары первой необходимости и рост экспортных цен на отдельные товары привели к ускорению темпа роста цен. Инфляционные всплески в апреле и ноябре привели к росту инфляции до 4.9% по итогам года. Центральный Банк России в 2020 году продолжил цикл смягчения денежно-кредитной политики, снизив ставку до 4.25%. Одна из главных причин снижения ставки — рост среднесрочных дезинфляционных рисков из-за снижения спроса. Также смягчению ДКП ЦБ РФ поспособствовали действия других центральных банков, так ФРС США в марте резко снизила ставку с 1.5–1.75% до 0–0.25% и запустила новую программу количественного смягчения, ЕЦБ расширил программу выкупа активов. Действия крупнейших регуляторов поддерживали финансовые рынки в течение всего года, а большинство центральных банков развивающихся стран на этом фоне понизили ставки. Тем не менее после снижения ставки до 4.25% в июле Центральный Банк России взял паузу, обусловленную ростом неопределенности и волатильности на внешних рынках, сопровождавшейся ослаблением рубля. Инфляция при этом продолжала ускоряться, краткосрочные проинфляционные риски росли при сохранении долгосрочных дезинфляционных.

Финансовые рынки большую часть года находились под давлением новостного фона вокруг коронавируса и растущих рисков для глобальной экономики. При этом российский рынок был сравнительно стабилен до обвала нефтяных котировок в марте. Рубль закономерно среагировал на падение цен на нефть резким ослаблением, в марте курс достигал 80.9 рубля/доллар США, но уже в июне опускался ниже 69 рублей/доллар США. Третий квартал прошел в сравнительно негативном ключе, как и первая половина четвертого квартала. Сначала неопределенность, связанная с выборами в США, и неоднозначность их итогов заставили инвесторов проявлять осторожность. Тем временем рост заболеваемости коронавирусом в США и Европе и вызванные им ограничительные меры усиливали опасения относительно перспектив скорого восстановления мировой экономики, при этом переговоры по бюджетным стимулам в США раз за разом упирались в тупик. Но в итоге победа Джозефа Байдена была воспринята рынками как позитивный факт, эффект негативной эпидемиологической статистики был временно компенсирован сообщениями о скором начале массового внедрения вакцин. Поэтому к окончанию года рынки подошли в приподнятом настроении. На фоне общего позитива и растущего спроса на рисковые активы рубль после ослабления до 80.5 рубля/доллар США с начала ноября до середины декабря укреплялся вместе с другими валютами развивающихся стран и закончил год на отметке 74.4 рубля/доллар США.

Центральный Банк для поддержки финансовой стабильности начал упреждающую продажу валюты в рамках бюджетного правила уже в марте (формально эти операции должны были начаться только в апреле), а при снижении цены Urals ниже 25 долларов США/барр. регулятор увеличил объем операций за счет валюты, полученной от Минфина в рамках сделки по продаже доли в Сбербанке. Операции Центрального Банка и Минфина позволили стабилизировать ситуацию на валютном рынке и продолжат поддерживать курс, пока рост цен на нефть не компенсирует выпадающие нефтегазовые доходы федерального бюджета, при этом бюджетное правило было скорректировано и компенсировало не только снижение цен на нефть, но и сокращение объемов добычи в рамках сделки с ОПЕК. В четвертом квартале ЦБ РФ закончил проводить собственные операции на валютном рынке, с начала 2021 года продажа валюты будет осуществляться только в рамках бюджетного правила в интересах Министерства финансов. При этом собственные операции ЦБ по продаже валюты привели к оттоку рублевой ликвидности из банковской системы, что стало одной из причин снижения структурного профицита ликвидности. Также на ликвидности существенно сказался рост спроса на наличные. Еще незадолго до введения дополнительных нерабочих дней в марте физические лица и предприятия стали предъявлять повышенный спрос на наличные деньги. Эта тенденция сохранялась в течение всего года. Третьим фактором, повлиявшим на отток рублевой ликвидности, стали и операции Минфина по размещению ОФЗ, которые опережали расходы бюджета. Как итог, структурный профицит ликвидности в 2.6 трлн рублей сменился минимальным дефицитом в 0.19 трлн рублей к концу года.

Индекс Мосбиржи после падения в марте и слабого третьего квартала в ноябре-декабре восстановил позиции и к концу месяца обновил январские максимумы, по итогам года индекс вырос на 8%. Долговой рынок следовал за ключевой ставкой, но снижение спроса нерезидентов по мере приближения к концу цикла смягчения ДКП в России сдерживали котировки в конце года, тем не менее доходности ОФЗ в сравнении с концом 2019 года снизились на 30–90 б.п. в зависимости от срочности.

БАНКОВСКИЙ СЕКТОР В 2020 ГОДУ

Активы российского банковского сектора за 2020 год выросли на 15.9 трлн рублей (+16.5%) до 112.5 трлн рублей. При этом 3.7 трлн рублей прироста активов связаны с валютной переоценкой. Рублевые активы банков выросли на 14.5%, или 11.3 трлн рублей, чистый рост валютных активов без учета переоценки составил 4.6%. Совокупный кредитный портфель на 01.01.2021 года достиг 77.7 трлн рублей, что на 14% больше итогов прошлого года.

Драйвером роста кредитования в конце первого квартала стал всплеск спроса со стороны нефинансовых организаций, когда предприятия были вынуждены компенсировать выпадающие доходы, эта тенденция сохранялась до середины второго квартала. При этом динамика портфеля розничного кредитования в начале второго квартала была отрицательной, что связано как со снижением спроса, так и с ужесточением требований банков к заемщикам. Но впоследствии темпы роста розничного кредитования восстанавливались на фоне снижения ставок, в том числе и по ипотеке, и запуска программы льготного кредитования. В третьем квартале стабилизация экономической ситуации снизила потребность компаний в средствах, на этом фоне рост корпоративного кредитования несколько замедлился. При этом расширение программы льготного ипотечного кредитования до 900 млрд рублей, а потом и до 1 850 млрд рублей и снижение минимального первоначального взноса продолжило стимулировать выдачу таких кредитов, а розничные кредиты росли на восстановлении потребительского спроса, но именно ипотека оставалась основным драйвером розничного портфеля. В конце года корпоративный портфель рос в основном за счет кредитования крупных компаний из различных отраслей, а также проектного финансирования строительства жилья, что также связано с льготной ипотекой и снижением ставок.

ЭКОНОМИКА САНКТ-ПЕТЕРБУРГА

В 2020 году экономика Санкт-Петербурга не стала исключением и оказалась под давлением снижения спроса и ограничительных мер из-за борьбы с распространением коронавируса. Индекс промышленного производства сократился на 1.8%, а объем строительства на 9.3%. При этом обрабатывающий сектор, составляющий 84.6% промышленности города, потерял только 0.8%, поддерживаемый химической промышленностью (+18% г/г), производством пищевых продуктов (+4.6%) и бумаги (+8.7%). Добыча полезных ископаемых по итогам года потеряла 15.5%. Под наибольшим давлением в Санкт-Петербурге, как и в других регионах России, оказалась сфера общественного питания, оборот которой сократился на 30.5%, тогда как оборот розничной торговли снизился на 2% до 1.5 трлн рублей. Инфляция тем временем оказалась несколько ниже, чем в среднем по стране, и составила 4.7%.